Талмудический Винегрет. Глава Бемидбар. Талмуд, Хулин 10-16.

Лерефуа Шлема всех больных и раненых Израиля.

Почему все подсчеты евреев делились на 10?

Рабби Меир Симха (в Мешех Хохма) пишет: что их считали не по единицам, а десятками; поэтому во всём этом счёте не упоминаются отдельные единицы. Каждый глава из сынов Израиля сообщал число людей под своим началом — это были начальники десятков, и из этих малых чисел составляли общий итог (см. также «Эмет ЛеЯков» Рава Якова Каменецкого, который пишет, что подсчет евреев велся группами по 50). Меньше десяти не было самостоятельного подразделения, поэтому сказано «по их воинствам», ведь нет стана менее чем из десяти — как разъясняется в Иерусалимском Талмуде (в конце первой главы Трактата Эрувин) … В отличие от этого, при счёте первенцев единицы упоминаются.

Сначала священниками были первенцы, но позже Тора сообщила, что коэны и левиты будут служить, и первенцы были выкуплены с помощью Левитов. А были ли Левиты и Коэны выбраны навсегда?

Согласно традиционному подходу, подразумевается, что статус коэнов вечен. Тем не менее, Рабби Хаим ибн Аттар (Ор Ахаим, Бемидбар 3:45) пишет: И будут левиты Моими — Я Г-сподь». Смысл добавления слов «Я Г-сподь» таков: хотя наши мудрецы, благословенна их память сказали, что в будущем храмовое служение вернётся к первенцам, левиты всё же не утратят своего особого положения и не перестанут принадлежать Всевышнему. Именно это означает сказанное: «И будут Мне левиты — Я Г-сподь». Подобно тому как Моё Имя существует вечно, так и левиты навечно останутся Моими. Видимо логика автора состоит в том, что в будущем грех Золотого Тельца будет окончательно исправлен, и тогда причина, по которой первенцы были отстранены, исчезнет. Мы не знаем, на какой именно Мидраш ссылался автор, но в некоторых изданиях Ор Ахаим напечатано, что это Мидраш Ялкут Шимони (364). Там не сказано открыто, что статус первенцев снова возобновится, но дословно сообщается следующее: Всегда, когда сказано “לי” (“для Меня”) — это существует навеки и во веки веков. О старейшинах сказано (Бемидбар 11:16): “Собери Мне (אֶסְפָה לִי)”. О коэнах (Шемот 40:15): “И будут служить Мне (וְכִהֲנוּ לִי)”. О левитах (Бемидбар 8:14): “И будут левиты Моими (וְהָיוּ לִי הַלְּוִיִּם)” … О первенцах (Бемидбар 8:17): “Ибо Мне всякий первенец (כִּי לִי כָל בְּכוֹר)”. Разумеется слова Ор Ахаим вызвали бурю вопросов, т.к. они фактически подразумевают, что законы Торы в будущем изменятся (см. например слова Рава Моше Штербуха в Моадим Узманим 7:169). Тем не менее существуют Мидраши, согласно которым в будущем некоторые законы поменяются, (см. например Нида 61б, Вайикра Рабба 13:3, Мидраш Техиллим 146:3, см. также обсуждение слов Ор Ахаим Акадош в писаниях последнего Любавичского Реббе здесь).

Откуда мы знаем, что в Халахических вопросах можно полагаться на «большинство?»

Очевидно, что Тора не могла всегда требовать от еврея точного знания, ведь такое вообще невозможно. Многие законы Торы должны полагаться на принцип «большинства», и другие логичные презумпции, иначе их просто невозможно было соблюдать. Наша сугия (Хулин 11) приводит несколько примеров этого. Если даже бы каждое зарезанное животное приходилось проверять на наличие любой трейфы (что сделало бы получение кошерного мяса невероятно сложным), но есть трейфы, которые вообще невозможно проверить на 100%. Например, существует ненулевая вероятность, что при Шехите перерезали пищевод как раз в том месте, где до этого была дырочка, делающая животное трейфным! На практике, по закону мы не обязаны проверять никакие редкие трейфы, и после Шехиты животных проверяют только легкие, т.к. там трейфы встречаются часто (миут амацуй). Так же проверка червей в зелени, крупе и фруктах, делают только когда они встречаются достаточно часто (по принятому мнению в случае 10%). Более того, даже эта проверка – только раввинский закон, и то, что кошерно в большинстве случаев, по закону Торы проверять не требуется.

Можно ли делать Шехиту ночью?

Талмуд (Хулин 13б) заключает, что можно делать Шехиту ночью, при хорошем освящении.

Кашерна ли Шехита, которую сделали в Шаббат?

Мишна (Хулин 14а) учит нас, что после факта, Шехита, сделанная в Шаббат засчитывается. Тем не менее, если человек специально сделал Шехиту в Шаббат, и при этом публично осквернил Субботу, то по многим мнениям его Шехита некошерна, т.к. ломающий Субботу публично подобен идолопоклоннику (см. Бет Йосеф к Туру, Йоре Деа, 11 и обсуждения в комментариях Ахроним к Йоре Деа 11:2).

Можно ли получать удовольствие от работы, сделанной в Шаббат?

В нашей сугие (Хулин 15а), и в других местах Талмуда приводится следующая брайта: «Тот, кто варил в Шаббат: если по ошибке (בשוגג) — приготовленное можно есть; если умышленно (במזיד) — нельзя есть». Таково мнение рабби Меира. Рабби Йехуда говорит: если работа сделана по ошибке — можно есть лишь после исхода Шаббата (поскольку мудрецы оштрафовали даже неумышленного нарушителя, запретив ему немедленно пользоваться результатом своего действия), а если умышленно — ему запрещено есть это навсегда (но другим можно). Рабби Йоханан а-Санделар говорит: если по ошибке, то после исхода Шаббата это разрешено другим, но не ему самому; если умышленно — это запрещено навсегда как ему, так и другим. Шулхан Арух (Орах Хаим 318:1) постановляет, как мнение Р. Йехуды, а ГР”А – как мнение Р. Меира.

Можно ли здоровому человеку есть пищу, которую приготовили в Шаббат для человека в опасности?

Талмуд дальше обсуждает этот вопрос и заключает (Хулин 15б): если зарезали животное для больного в Шаббат, здоровому разрешено есть сырое мясо. Почему это разрешено? Поскольку невозможно получить даже кезайт мяса без шехиты всего животного, то, когда человек совершает шехиту, он делает это ради больного, а раз сама шехита была разрешена, то всё мясо становится разрешённым также и для здорового человека. Но если человек варит пищу для больного в Шаббат, здоровому запрещено есть эту пищу в Шаббат. Почему? Мудрецы: опасаются, что человек может добавить еды специально и для здорового.

Можно ли было есть обычное мясо в пустыне?

Талмуд учит (Хулин 16б-17а), что согласно Р. Йишмаэлю в пустыне если только мясо Шеламим, т.е. если человек хотел есть говядину, он не мог просто зарезать корову вне Храма. Только когда мы зашли в Израиль, Тора разрешила есть обычное мясо домашних животных (хулин). Тем не менее, мясо диких животных было разрешено и в пустыне. Но Р. Акива считает наоборот, что в пустыне можно было убивать животных вне Храма, и при этом не требовалось следовать всем правилам кошерной Шехиты, и эти правила стали обязательными только когда наш народ зашел на Святую Землю.

Предыдущая глава